эпизод недели: experience
ви пишет: удивительно недурная погода как для найт-сити. удивительно недурное положение вещей. да, было лучше и в общем-то должно было стать ещё лучше, но не сложилось, не срослось. повезло хоть живой остался. как говорится – и на том спасибо и колон прямо до земли. читать дальше

shakalcross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » shakalcross » принятые анкеты » hannibal ✦ hannibal lecter


hannibal ✦ hannibal lecter

Сообщений 1 страница 1 из 1

1

HANNIBAL LECTER
Ганнибал Лектер

https://forumupload.ru/uploads/001b/29/0d/375/329945.gif https://forumupload.ru/uploads/001b/29/0d/375/440171.gif

— hannibal —


«Раньше я боялся потерять память, но теперь был бы счастлив кое-что забыть. Память — как фреска в моей голове. Она делает события вечными, но забывчивость дарит умиротворение. Нужно забывать.»

Ганнибал Лектер, увы, забывать не умеет. Он помнит все, что с ним происходило, и, вероятно, именно поэтому он таков, какой есть.
Глядя на доктора Лектера невозможно себе представить, что этот человек когда-то был ребенком. Его фигура слишком монументальна, доведена до совершенства, и в ней нет ни одной лишней детали, которая могла бы свидетельствовать о том, что над ним властно время. Прошлое и будущее – это о ком-то другом, не о Ганнибале Лектере. Детство слишком хаотично, слишком спонтанно и импульсивно, и никак не вяжется с идеально отглаженными костюмами и отточенными жестами. Но, тем не менее, у доктора Лектера есть прошлое – такое, о котором предпочитают не вспоминать, пряча изъеденные временем скелеты в самые дальние, покрытые пылью шкафы.
Ганнибал Лектер родился 20 января 1965 года в Литве в семье потомственного графа Лектера и итальянки Симонетты Сфорца-Лектер, род которой брал начало от самого Макиавелли. Приличная семья аристократов, которым статус не мешал уделять своим детям должное внимание. О своих родителях Ганнибал не может сказать ничего плохого – они любили его, они любили свою дочь Мишу, и старались дать своим детям все самое лучшее. Но, увы, у вселенной были свои планы, и злой рок забрал и графа, и графиню. Казалось бы, прошло достаточно времени с тех пор, как пал Берлин, но война продолжалась. Холодная война, уносящая тысячи жизней особо мучительным способом. Голод, война, разбои, оккупация со стороны СССР, ссылки, даже расстрелы… Ганнибал потерял родителей в возрасте восьми лет. Но у него оставалась Миша. Ради нее он старался быть хорошим и сильным. Но жизнь оказалась вновь слишком несправедливой. Два ребенка, сбежавшие из замка в охотничий домик, ружье и несколько ножей… У них не было шансов против мародеров. Они поймали Ганнибала и Мишу. Ганнибала заперли на несколько дней в подвале, а Мишу куда-то увели. Ганнибал старался не думать о том, что делали с его сестрой, и пытался выбраться, потратив на эти попытки все свои силы. Когда о Ганнибале вспомнили, он был практически невменяем от голода и холода. Его покормили – мясное рагу оказалось вкусным. Он не знал о том, кого ест. О том, что его накормили плотью Миши, Ганнибал узнал уже после — об этом ему случайно (или специально?) проговорился один из убийц. Это изменило все. Неизвестно, чем бы все закончилось, если бы советские солдаты не добрались до замка и не освободили Ганнибала. Мародеры, впрочем, ушли.
Ганнибал был отправлен в детский дом в Париже. Пять лет травли и унижений только усугубили полученную Ганнибалом травму.  В тринадцать лет Ганнибал был усыновлен своим дядей Робертом и тетей Мурасаки. Родственные связи для него более не имели никакого значения, и новые родители не могли оказать на Ганнибала никакого влияния. Они были слишком глупы и слабы, хотя Ганнибал любил их так, как умел. Они были добры к нему, они любили искусство и живопись, отличались великолепными манерами и напоминали Ганнибалу о прошлой жизни. Кроме того, у леди Мурасаки была служанка — юная Чио, с который Ганнибал сдружился.
Все было бы хорошо, не будь люди так грубы. Все началось с мясника, который имел глупость оскорбить госпожу Мурасаки. Ганнибал долго не думал и набросился на него, попытавшись убить. Это сильно напугало Роберта, и он решил показать Ганнибала психиатру. Мясник тем временем подал в суд, и разбирательство довело Роберта до сердечного приступа, из-за которого он скончался. Последняя капля очередной потери переполнила чашу. Ганнибал все же убил мясника, отрезал ему голову и приготовил его щеки. И съел. Леди Мурасаки узнала. Она пыталась спасти Ганнибала, как умела, и даже предложила ему себя. Ганнибал отказался. Тетя вскоре покинула Париж, оставив вместе с Ганнибалом Чио.
Вместе с Чио они нашли убийц Миши. Ганнибал убил всех, кроме самого последнего. Строго говоря, тот присоединился к банде позже, и отношения к Мише не имел. Поэтому Ганнибал подарил свою несостоявшуюся жертву Чио. Она убивать не стала, тем самым превратившись в вечного охранника запертого в подвале литовского замка пленника.

«Убивать должно быть приятно самому Богу. Он все время этим занимается. А разве мы не созданы по Его образу и подобию?»

Ганнибал уехал из замка, как только представилась возможность. Он переместился во Флоренцию, в одно из мест, где рождается настоящее искусство.  И начал творить.  Его искусство не дано познать каждому – оно слишком глубоко для простого обывателя, и поэтому ужасало. Впрочем, Ганнибал всегда скептически относился к людям в их серой, ничем непримечательной массе. И не ошибался. Пока полиция ловила “Il Mostro di Firenze", этот самый монстр прилежно изучал медицину, пил кофе на террасе своего дома, посещал оперы и картинные галереи, обедал в лучших ресторанах и не отказывал себе в удовольствии готовить полюбившиеся блюда самостоятельно. Совершенный вкус, сверхчувствительное обоняние, врожденное стремление к эстетике… Его руки творили шедевры на кухне. Но, увы, его все же начали подозревать. Инспектор Ринальдо Пации даже осмелился провести обыск в доме Ганнибала, но, само собой, ничего не нашел.

«Делать плохие вещи с плохими людьми заставляет вас чувствовать себя хорошо.»

Ганнибал перебрался в Америку, окончил практику в Медицинской школе Джона Хопкинса. Он стал блестящим хирургом, но этого было мало. Препарировать тело Ганнибал научился в совершенстве, и продвинулся дальше, возжелав препарировать разум. Психиатром Ганнибал оказался отменным, и вскоре приобрел широкую известность как врач высочайшего уровня. Убийства стали еще более изощренными, схемы еще более запутанными, и вскоре вся Америка с содроганием заговорила о Чесапикском потрошителе. Серийный убийца, убивающий триадами… ФБР оказалось столь же слепым, сколь полиция Италии. Ганнибал не выдерживал определенных сроков и убивал по настроению, велению души и обстоятельствам. И это явно сбивало ФБР с толку. Настолько сбивало, что это самое хваленое ФБР в итоге обратилось к Ганнибалу за помощью – им очень нужно было починить свой единственный полезный инструмент.

«Никто не может досконально знать человека, не будучи разве что в него влюбленным. Благодаря этой любви мы видим потенциал в своих любимых, благодаря этой любви позволяем своим любимым увидеть в себе этот потенциал. В выражении этой любви потенциал наших любимых и реализуется.»

Уилл Грэм. Уникальный в своем роде человек, обладающий абсолютной эмпатией. Человек, способный проникнуть в чужой разум. О, Ганнибал не мог упустить его. Он всегда испытывал слабость к уникальным красивым вещам и не мог не захотеть в свою коллекцию мистер Грэма.
Сначала он хотел съесть Уилла. За то, что тот представлял угрозу. За его ужасный одеколон. За отвратительную, уродующую его одежду. За его грубость. Потом аппетит к досаде Ганнибала куда-то пропал, сменившись легкой заинтересованностью. Дело Хоббса становится первым мазком на картине, отражающей трансформацию мистера Грэма. Ганнибал делал все, чтобы Уилл привязался к девочке, ведомый не только чувством вины, но и отцовскими инстинктами. Это было очень легко сделать. И еще легче было приручить юную мисс Хоббс, заставив ее убить человека, и привязав ее тем самым к себе одной общей тайной.
Было очень просто соблазнить мисс Алану Блум. Глупую наивную девицу стоило только поманить пальцем… О, к ней у Ганнибала был особенной счет. Не стоило ей ему грубить и угрожать. И целовать мистера Грэма тоже не стоило.
Еще проще было прикормить мистера Кроуфорда, с которым Ганнибал был уже знаком некоторое время. Прикормить в прямом и переносном смысле.
Проблему создавал сам Уилл. Он словно вор прокрался в разум Ганнибала и забрал одну из самых ценных вещей, что там хранились – его безразличие. Ганнибал мстил. Ганнибал страдал. Ганнибал хотел, чтобы Уилл был рядом. Он жаждал увидеть, как из сплетенного им кокона появится бабочка. Ганнибал делал все, что мог, чтобы свести Уилла с ума. Подмешивал ему препараты, игнорировал развивающийся у Уилла анти-NMDA-рецепторный энцефалит. Инсцинировал смерть Эбигейл и даже смог скормить Грэму ее ухо. Сфабриковал улики так, что Уилла осудили как подражателя Чесапикского потрошителя. Вытащил его из тюрьмы, подставив доктора Чилтона… И, казалось, дело сдвинулось с мертвой точки, когда Уилл подослал к нему убийцу. Когда убил ответного «гонца» от Ганнибала. Когда пришел к Ганнибалу после освобождения и признался в том, что получил удовольствия от убийств. Но нет.
Уилл обманул. Обманул, и разбил этим Ганнибалу сердце. Но даже тогда Ганнибал не смог убить Уилла, потому что к ужасу своему понял, что влюбился. Пришлось довольствоваться малым и перерезать горло Эбигейл. И немного выпустить пар на Джеке Кроуфорде.
Ганнибал уехал из Америки во Флоренцию, забрав с собой Беделию – свою подругу, любовницу и супервизора. Он взял себе имя доктора Фелла, назвал Беделию своей женой. Он не скрывался, оставляя подсказки, благодаря которым Уилл смог бы его найти. Он даже оставил ему свое разбитое сердце, тщательно собранное из изломанного человеческого тела. И Уилл оправдал его ожидания. Оправдал, чтобы снова предать, и предать весьма подло. Если бы не меткий выстрел Чио, нож Уилла вскрыл бы Ганнибала за пару секунд.
Второе предательство – это слишком. Ганнибал, отчаявшись и почти обезумев, решил сделать Уиллу лоботомию. Он не мог убить его – пока не мог. Но если бы Уилл стал безмозглым идиотом, а не единственным равным Ганнибалу…

«Гастрономически примитивный орган — сердце. А каким оно стало символом жизни... И того, что делает нас людьми — и плохого, и хорошего, любви и боли.»

Ему не дали закончить. Люди Верджера (ах да, он наверняка был обижен на Ганнибала за то, что съел свое собственное лицо) нашли их и увезли на ферму «Мускусная крыса». Верджер клеймил Ганнибала, после чего вознамерился заживо скормить его свиньям, а у Уилла забрать лицо, чтобы пересадить его себе. Что же, этим он подписал себе смертный приговор. Приговор был приведен в исполнение нежными ручками Аланы Блум и Марго Верджер. Пока дамы развлекались, Ганнибал увез Уилла в его дом в Вулф Трап. Уилл, само собой, не захотел его видеть, и Ганнибал добровольно сдался полиции, чтобы тому не пришлось его больше искать.
Ганнибал был вынужден ждать три года, прежде чем Уилл пришел. Что же, три года под круглосуточным наблюдением – малая цена за то, что последовало за этим. Они вместе убили Красного Дракона. Они искупались в черной при свете луны крови. И Уилл наконец-то признал, что это прекрасно.
Самый счастливый день в жизни Ганнибала закончился полетом со скалы в воды Атлантики.

***

— Ганнибал Лектер не испытывает удовольствия от убийства, как это свойственно классическим психопатам. И тем более его убийства никогда не носят сексуального характера, выраженного в оральной фиксации на еде, которое ему так жаждал присвоить доктор Чилтон. Ганнибал убивает просто потому, что может. И потому, что считает, что поедать уродство – дело благородное. Потому что уверен, что нет ничего печальнее бесполезности плоти. Каннибалом он себя, кстати, не считает. Каннибализм с его точки зрения – поедание плоти равного, а он ел тех, кого считал свиньями. Поэтому себя Ганнибал считает этичным мясником.
— Ганнибал Лектер никогда не трогает детей. Дети для него – полное и абсолютное табу во всех смыслах. Это правило дало осечку только один раз, когда Ганнибал натравил Красного Дракона на семью Уилла. Но тут он просто поддался эмоциям и не подумал, что может пострадать ребенок. И ему было действительно по-настоящему жаль, что он причинил мальчику психическую травму, пусть и чужими руками.
— Ганнибал Лектер не садист. Физические страдания никогда не приносят Ганнибалу удовольствия, потому что не имеют никакого смысла и лишены эстетики.
— Ганнибал великолепно рисует, играет на клавесине и терменвоксе. Шедевры классической музыки и оперы могут заставить его искренне заплакать от переизбытка эмоций.
— Ганнибал гениален. Он высокоинтеллектуальный организованный психопат, и это врожденное. Убийство Миши всего лишь послужило толчком к проявлению болезней. «Триады убийцы» (зоосадизм, пиромания и энурез) у Ганнибала никогда не было – это, впрочем, редко свойственно психопатам его типа.
— Ганнибал находится в очень хорошей физической форме. И неплохо показывает себя в рукопашном бою. А чужую шею свернуть для него и вовсе не проблема. К собственной физической боли он маловосприимчив. У него невероятно, почти запредельно высокий болевой порог.
— Ганнибал умеет любить, хотя его любовь часто смешивается с жаждой обладания и поглощения. В случае с Уиллом эта жажда уступает место жажде полного и безоговорочного принятия.


пример поста

Раздражение - та эмоция, с которой всегда все начинается. Легкое, навязчивое, как гудение комара над ухом, оно медленно разрастается, расползается по телу, легкой дрожью охватывая пальцы, пока не превращается в желание сомкнуть эти самые пальцы вокруг чьей-нибудь шеи. Слова Уилла раздражают, но от них Ганнибал отмахнуться не может. Не потому, что именно он сказал, а потому, что сказал именно он.
- Если бы твой друг оказался сильнее, он бы меня убил. Но он проиграл. Тщеславие и излишняя самоуверенность подвела его жизнь к концу… Не он первый, не он последний.
Ганнибал складывает руки на груди и приваливается спиной к деревянной опоре. Та слегка поскрипывает, упирается твердым ребром между лопаток. Ганнибал прикрывает глаза, чтобы не видеть Уилла, и пытается возродить в памяти образ леди Мурасаки. Он не хочет портить отношения с Уиллом. И не хочет осквернять это место лишним шумом и скандалом. Уши улавливают тихий плеск воды, стук бамбуковой палки небольшого фонтана, едва слышный перезвон стекла и дерева музыки ветра. Умиротворяющие звуки. Если бы у Ганнибала было время, он бы смог найти здесь покой, но он не успевает. Уилл говорит, и говорит то, что не нужно было.
Дядя Роберт. О, сколько было слухов о причастности Ганнибала к его смерти. И большую часть из них породил Чилтон и ему подобные. Но на самом деле Ганнибал любил его настолько сильно, насколько мог в своем состоянии. Дядя Роберт забрал его из приюта. Он привез его в Париж. Он привел его в свой дом, отдал ему одну из лучших комнат. Дядя Роберт показал ему свою мастерскую, подарил ему его первый мольберт, холст и краски. Он пытался заниматься с Ганнибалом арт-терапией - провальное занятие, но он хотел как лучше. Он смотрел на Ганнибала глазами отца, он был нежен и ласков ровно настолько, насколько самый близкий родственник может быть нежен и ласков с ребенком, потерявшим всех на войне. О да, Ганнибал любил своего дядю и восхищался его картинами. Именно он пробудил в Ганнибале любовь к изобразительному искусству. О нет, Ганнибал никогда не тронул бы его и пальцем. И он не был виноват в том, что у дяди Роберта было слабое сердце. Его убил не Ганнибал. Его убил проклятый мясник, оскорбивший его жену. Ганнибал всего лишь убил мясника.
Леди Мурасаки. Первая любовь. Женщина, которая по мосту Грез вывела его из глубочайшей депрессии, снова научила его говорить. Женщина, которая научила его созерцать. Творить. Которая научила его любить - хоть как-нибудь, пусть искалечено, но любить. Женщина, ради которой он был готов взойти на эшафот, уничтожить весь мир или создать новый. Ганнибал поклонялся ей. В ней была и она сама, и его родная мать, и Мика, и кормилица, и… И только позднее, став старше, Ганнибал понял, кем она была для него. Она была его Музой. Не той, которая вынуждала его убивать, а той, которая заставляла его забыть об убийствах. Но леди Мурасаки ушла, оставив Ганнибала одного, и единственное, что ему осталось - хранить ее светлый образ.
Слова Уилла… Ганнибал и сам не понимает, в какой момент оказывается рядом. Как его рука оказывается на шее Уилла. Он просто открывает глаза и понимает, что вжимает Уилла в стену и практически душит. Обжигающе-горячая ярость клокочет внутри, суженные зрачки превращаются в черные точки, и свет танцует в радужной оболочке, из-за чего та становится кроваво-красной.

Она смотрит ему в глаза. Он смотрит на нее. Ему кажется, что он видит за спиной самурайские доспехи и обнаженное лезвие катаны, острием смотрящее прямо на нее.
– Нет. Нет. Теперь остался один лед. Все ушло. Разве нет?
Обгоревший прутик падает в Сену, и мутная вода жадно набрасывается на него. Какое-то время он держится на поверхности, но его хрупкую, обгоревшую плоть слишком легко сломать.
“Прощай, Ганнибал. Я еду домой.”
Он не успел сказать ей свое “прощай”. И не был готов проститься.

- Я никогда не трогал дядю и тетю. Даже в мыслях. Никогда. Я любил их.
Ганнибал разжимает руку и бьет. Коротко, жестко, прямо в солнечное сплетение. К ярости примешивается горькое, болезненное отчаяние. Уилл не видит его. Уилл больше не хочет его видеть. Уилл говорит то, что говорили до него психиатры и враги Ганнибала.
“Психопаты остаются психопатами”.
Удар по челюсти справа. Ответный удар, но Ганнибал не чувствует боли.
“...выкашивая людей по своей декадентской прихоти и для услады собственного эстетизма…”
На этот раз Ганнибал бьет по ребрам. Очередной удар - слишком сильный, и он подсознательно, не отдавая себе отчета, отводит руку в сторону, и костяшки мажут по скуле Уилла. На сантиметр выше шрама. Кулак впечатывается в дерево переборки, оставляя на твердом дереве небольшую вмятину. Ганнибал не замечает, что сдирает кожу с ладони. Не слышит хруста собственных костей. Не чувствует боли.
Остался лишь один лед. Лед, который Уилл, как думал Ганнибал, смог растопить.

- Ганнибал, обещай мне
- Я уже обещал Мике.
Обещал в тот момент, когда ему сломали руку, и пальцы разжались.
Аннибааааа!
Мика. Ванночка. Молочные зубы в выгребной яме.

Ганнибал не видит Уилла. Он видит закопченые стены охотничьего домика, старую плитку и медную ванночку Мики. Череп олененка в кипящей воде. Рога бодают начищенный медный бок. Дзинь. Дзинь. Дзинь. Даже мертвый, он все еще старается боднуть тех, кто его убил.
Сердце Ганнибала бьется ровно и спокойно, и даже ярость не в силах побороть это “дзинь”. Сердце бьется и бодает, пытаясь вырваться на свободу. Грешники в его сердце идут маршем по диафрагме, и в голове звенит и звенит…

Стерно-гиоид, омо-гиоид, тирогиоид, яре-е-емная вена. Ами-и-и-инь.
Он не слышал этого так долго. А теперь слышит.

Стерно-гиоид.  Удар.
Омо-гиоид. Удар.
Тирогиоид. Удар.
Яремная вена. Удар.
Аминь.

личное звание (оберните в код)

Код:
<a href="https://shakalcross.ru/viewtopic.php?id=840" class="link3">Ганнибал Лектер;</a> Love and death are the great hinges on which all human sympathies turn </a>

ваши твинки


Sam Winchester

Отредактировано Hannibal Lecter (2022-02-24 11:40:05)

+4

Быстрый ответ

Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



Вы здесь » shakalcross » принятые анкеты » hannibal ✦ hannibal lecter


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно