эпизод недели: experience
ви пишет: удивительно недурная погода как для найт-сити. удивительно недурное положение вещей. да, было лучше и в общем-то должно было стать ещё лучше, но не сложилось, не срослось. повезло хоть живой остался. как говорится – и на том спасибо и колон прямо до земли. читать дальше

shakalcross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » shakalcross » альтернатива » Полутона


Полутона

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

Fushiguro Toji
&
Fushiguro Megumi

https://forumupload.ru/uploads/001b/29/0d/329/648628.jpg

Монстр оказался, конечно же, не таким, как пророчил Лавкрафт, как расписывал Кинг:
никаких декораций особых и мглы вдоль витрин.
Монстр всегда жил
внутри.

+1

2

Миюки смотрит так, будто он ужасный предатель, наобещавший ей сокровищ и отделавшись лишь кучкой жемчужин. Тоджи, в общем-то, плевать. Миюки всегда была лишь удобной завесой. Она ни капли не похожа на Нэтсуко, взгляд другой, другая мимика, другие жесты. Миюки не неприятна ему, просто не вызывает той же волны чувств, которые поднимала Нэтсуко одной своей улыбкой.

— Ты обещал мне защиту, а теперь что?
— А теперь передумал, — Тоджи, качнувшись с пятки на носок, заглядывает за её спину. — Планы изменились.
— Ах, планы.

Женщина в гневе может быть бушующим ураганом. Гнев Миюки пока что отдаёт слабым ядом, от которого разве что разболится голова.

Планы действительно поменялись. Деятельность клана поутихла, шавки Наои с великого позволения Наобито переключились на кого-то из клана Инумаки. Тоджи хотелось верить, что это затянется надолго. Они или потеряли интерес совсем, или решили подождать ещё, понаблюдать. Увидели ли что-нибудь в маленьком Мегуми? Если нет, то у них уникальный шанс свалить подальше от эпицентра возможного столкновения. Отсидеться…

Тоджи всё ещё с трудом верит, что решился на это. Но что-то тянуло крючьями обратно. Что-то вынудило вновь пересмотреть уже решённое. Похороненные под слоем жёсткого отрицания воспоминания, детали — всё постепенно возвращалось, будто прорываясь сквозь стену с бараньей упорностью.

В грудине то и дело болезненно ныло. Растерев кулаком солнечное сплетение, Тоджи нетерпеливо цыкнул, смерив взглядом малявку Цумики, которая отчаянно хваталась за платье матери.

— Я выплатил твой долг, — говорит, наконец, словно бросает кость обиженной собаке. — Твоё имя вычеркнуто из списков, я проверил.

Миюки почти шипит:
— Ну спасибо. Это и есть выполненное обещание?
— Я разве обещал тебе что-то большее? Я приехал забрать его, а не спорить с тобой, женщина.

Под звук хлёсткой пощёчины на пороге появляется Мегуми — средоточие живой тени с огромными блестящими глазами. Тоджи, потирая костяшками горящую щёку, силится вспомнить, сколько сейчас мальчонке. Они не виделись… года два? Три, должно быть.

Миюки, развернувшись, уходит в дом, не сказав ни слова. Цумики топчется в проёме, оглядываясь то назад своими птичьими глазками, то на Мегуми, словно Тоджи для неё не составляет никакого интереса.

У Мегуми глаза слишком взрослые — он смотрит серьёзно, хмурится, стоит ровно, словно застыв в пространстве. Тоджи давится едкой мыслью — отец из него никудышный. Это Нэтсуко помогала всегда, показывала, как надо. Направляла. Сглаживала углы между ними. А теперь что?

— Привет, малец, — присев перед Мегуми, он тянет к нему руку и едва дотрагивается до колючих тёмных прядей над глазами, словно пробуя — есть у него возможность после всего дотронуться до сына? Не отшатнётся ли? Вспомнит ли вообще? — Собирайся. Поедем домой.

Отредактировано Fushiguro Toji (2022-02-02 23:57:45)

+1

3

Мегуми не сводит с него пронзительных глаз и слегка наклоняет голову, когда большая ладонь тянется к волосам: жест одновременно любопытный и прокладывающий между ними определенную грань - пальцы едва касаются черных иголок, непослушно торчащих во все стороны. Больше Мегуми не двигается.

Он помнит. Уже не так четко, как раньше, но куда лучше, чем полагала мама Цумики. Первое время мальчик спрашивал у нее, куда подевался папа. Мегуми точно помнит, что тот не прощался - просто однажды пожелал спокойной ночи и больше не появлялся. До этого дня. Миюки-сан думала, вскоре детский мозг забьется обилием информации об окружающем мире, которая вытеснит старые фрагменты, частью коих являлся и Тоджи. Думала, если не вспоминать, то затрется. И в какой-то момент перестала даже упоминать это имя, как и Цумики. Но Мегуми помнил его, также как и помнил случившееся с мамой, и какая яркая поначалу кровь, и как она темнеет, и как стягивает кожу противной коркой.

Со временем лицо отца в воспоминаниях поблекло, но когда тот появился на пороге их дома, Фушигуро-младший сразу понял, кого к ним занесло.

Но Мегуми никогда не понимал, почему Тоджи куда-то уносило. Почему он бросил их. Бросил его. Сначала от этого было обидно и больно, потом злобно, а потом стало никак. Ушел и ушел.

Это понимание встало со щелчком в голове, когда им задали написать сочинение о запоминающихся событиях, случившихся на каникулах. Один из одноклассников рассказывал о том, как их семья спасла и взяла на передержку щенка. Мегуми тогда не знал, что это такое, но послушав рассказ товарища, а после почитав об этом в интернете, пришел к выводу, что его тоже отдали на передержку. Как щенка. А потом оставили, как, бывает, недобросовестные хозяева не забирают своих животных из временного жилья, поэтому временные опекуны становятся новой семьей. Тогда Мегуми спросил у Миюки-сан, был ли отец добросовестным человеком. Та как-то странно посмотрела в ответ и качнула головой - нет, никогда. Это был последний раз, когда они говорили о нем.

Но теперь он здесь, сидит перед Мегуми на корточках и касается волос, как раньше. Как Мегуми помнит. Другой ребенок наверняка бы уже обрадовался - папа ведь вернулся, - но мальчик не ощущает радости. Вообще ничего не ощущает, пристально глядя в глаза такого же цвета, как его собственные. Невольно ловит себя на мысли, что, наверное, он какой-то неправильный сын; неправильный щенок, оставленный на передержку.

Ему ведь здесь никогда плохо не было. Миюки-сан растила их с Цумики с одинаковой заботой, никогда не упрекала Мегуми в недобросовестности родителя, хотя он прекрасно видел, как тяжело приходилось ей одной все это время. А теперь его пришли забрать. Домой? То место Мегуми помнит темным, развороченным и грязным, пугающим до ужаса. Он не хочет туда возвращаться, потому что мамы там не будет, в отличие от острого ощущения недостающего кусочка картины. Здесь оно не так сильно, мальчик научился с ним жить. А там?

Невольно Мегуми спрашивает себя, так ли ощущали себя животные, не желающие возвращаться с передержки. Но одергивает себя - у животных память устроена иначе, они почти все плохое забывают, а он человек, поэтому помнит. Но может ли что-то изменить? Едва ли. Мегуми всего пять лет, и родной отец пришел забрать его домой. Вот и все. Наверное, для Миюки-сан и Цумики так будет лучше. Он не сомневается, что мачеха отправилась собирать вещи.

Ничего не сказав, Фушигуро-младший тоже направляется в дом и старается не обернуться на сдавленный всхлип сестры. Получается не идеально - он вздрагивает невольно, но не останавливается. К его удивлению, в детской никого нет, шкафы не распахнуты. Не зная, с чего начать и как, Мегуми берет школьный рюкзак и рассеянно вытаскивает из него принадлежности, чтобы вместо них сложить самые необходимые вещи. В этот момент появляется Миюки-сан, абсолютно разбитая, заплаканная и с парой пустых сумок в руках. Они собираются в молчании. А потом мачеха обнимает его. Прижимает к сердцу так сильно и снова плачет, и Мегуми становится больно. Больнее только, когда к ним прижимается зареванная Цумики, которая, кажется, что-то говорила его отцу перед этим.

В какой-то момент Мегуми кажется, что он тоже хочет заплакать. Глаза щиплет, но слезы так и не идут - не потому что запрещает, а потому что их просто - нет. Еще с тех пор, как выл до хрипоты от потери мамы.

Сумки стоят на пороге, сам Мегуми, одной лямкой закинув рюкзак на плечо, снова смотрит на отца и впервые заговаривает с ним.

- Я готов.

[status]и что?[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/29/0d/329/21253.jpg[/icon]

+1

4

Смутное ощущение, что он что-то упускает, вертится рядом, как назойливая муха, которую можно разве что только услышать, но никак не увидеть. Тоджи отмахивается от него мысленно, разглядывая Цумики, которая снова объявляется на пороге маленькой злой собачкой. Таких обычно хватают на руки в любой непонятной ситуации. Вот только её мать слишком занята сейчас сборами ребёнка, который прожил с ними пару лет — не до малолетней дочери.

— Не пялься, малявка, — Тоджи говорит едва слышно, цыкает и шутливо тянется широкой ладонью к девчонке. Та, нахохлившись, убегает в дом, шлёпая босыми ногами.

Он боялся, что Мегуми с первых секунд будет напоминать Нэтсуко, но в нём от неё разве что пара черт лица. Можно считать большой удачей, если не знать, к чему ведёт такая наследственность. Уже сейчас можно сказать, что он не ошибся, когда во имя злой шутки решил нагулять маленького Зенина на стороне. Кажется, Фортуна всё ещё благоволит ему. Вот бы так оставалось подольше.

Сумки, которые Цумики оставляет на пороге, Тоджи подхватывает почти сразу, не дав им и десятка секунд простоять на полу. Отвечает Мегуми улыбкой, почти говорит: «ну пошли тогда». Его останавливает цепкая рука Миюки.

Она дёргает за запястье, не сильно, но заставляет обратить на себя внимание. Цыкает на Цумики:

— Иди к себе.

Малявка сопротивляется не долго, быстро, нервно обнимает Мегуми, который не успевает в ответ ничего толком сделать. Убедившись, что дочь не станет слишком явно подслушивать и, видимо, не заботясь о том, что Мегуми-то точно станет свидетелем, Миюки злобно смотрит на Тоджи, почти заставляя его нагнуться вперёд.

— Оставь его. Зачем тебе эта обуза? Я хорошо справлялась, просто продолжай присылать деньги — двух я сама не потяну, — Тоджи удивлённо хлопает глазами и хмыкает, раскрывая рот, но Миюки цыкает и бьёт раскрытой ладонью по плечу. — Не смей, Фушигуро, не смей надо мной насмехаться. Я почти три года присматривала за ним, он мне как сын, понимаешь? Ему нужна мать, ему нужна нормальная семья. Оставь его.

— Ты издеваешься надо мной? — терпение плавно подходит к концу. Тоджи, перехватив Миюки за руку, мягко отводит её в сторону, выпрямляясь. Смотрит с улыбкой, но без веселья. — Что ты будешь делать, когда за ним придут, а меня не окажется рядом? Они найдут его — это вопрос времени. Моя защита не справится, если они возьмутся за него всерьёз, — отпихнув её руку совсем, закидывает сумки на спину, качнувшись назад, но не делая ещё шаг. — А что ты будешь делать, когда в нём проснётся наследство? Ты же чувствуешь это, я знаю. Его силу можно ощутить уже сейчас, если постараться. Не будь дурой, Миюки. Или я, или кто-то другой. Я забираю его. Спасибо за помощь.

— Тоджи! — она нагоняет его у последней ступени и уже ощутимее бьёт кулаком, пытаясь попасть точнее, но мажет, лишь неприятно проходится по нерву. — Не смей. Ему нужна мать! А не такой отец, как ты.
— Что ты хочешь этим сказать? — опасливо спокойный тон, завёрнутый в кривую ухмылку, кинутую через плечо, говорит о многом. Миюки поджимает губы. — Я бы спросил, что ты наговорила ему, но надеюсь, что ты умнее, чем я себе представляю. Вернись в дом. Твоя дочь плачет. Мегуми, пойдём.

Уже у машины он убеждается, что сын действительно идёт следом. Назойливое смутное ощущение всё ещё вертится где-то у виска, но никак не формируется чётче. Тоджи недовольно хмурится. Закидывает сумки в багажник, сажает Мегуми на заднее сидение — ждёт, точнее, когда тот заберётся сам, помогает пристегнуть ремень. Садится за руль и тут же заводит мотор, отъезжая от чужого дома без промедления. Всё, что нужно, он уже сделал — и даже больше. То, что Миюки до последнего стояла у подъездной дороги его не беспокоит.

Мегуми в зеркале заднего вида выглядит… как обычный ребёнок пяти лет. В грудине скребётся настырное и тоскливое. Взгляд у него всё же точь-в-точь как у Нэтсуко, когда она была разбита чем-то. Тоджи дёргает уголком рта, подавив желание невесело оскалиться.

— Эй, Мегуми, — тёмный детский взгляд лишь подтверждает осторожные догадки — Зенин как есть. — Там пакет есть, бутерброд остыл уже, захочешь есть — бери. Доберёмся только вечером.

+1

5

Фушигуро не сводит взгляд с Миюки-сан до тех пор, пока дома не загораживают ее сжавшуюся фигурку: сначала в окне, затем - в зеркале заднего вида. В груди тянет и ноет, а в голове все вертятся ее слова. Она хотела, чтобы Мегуми остался. Мегуми не испытывал радости от того, что уходит. Мегуми думает, что обязательно напишет ей, когда доберется до дома. Незаметно, украдкой, справедливо не ожидая отцовского одобрения за такое решение.

Скосив взгляд на пакет, мальчик тут же теряет к нему интерес - есть совершенно не хочется и кажется, будто аппетит придет еще не скоро. Во рту кисло до такой степени, что подташнивает.

Коротко кивнув, Фушигуро продолжает молчать, его волнение выдают только неспокойные пальцы, теребящие край домашней футболки. Он рассматривает отца в зеркало, сравнивает, подмечает. Они похожи. Но у Тоджи волосы тяжелее, черты лица злее, взгляд колючий, похож на змеиный. Из-за шрама поперек губ это ощущается острее, даже когда отец просто улыбается. Но сейчас на губах у него кривая усмешка, в ней тоже нет радости. Эта встреча совсем не похожа на воссоединение семьи, зато очень напоминает ее разлучение. Мегуми мажет взглядом по большим рукам на руле и снова возвращает взгляд на зеркало, не стесняясь разглядывать. Сейчас очень сложно представить смех этого человека, несмотря на смутные образы в памяти. На фоне того, что видно сейчас, они кажутся скорее сном, нежели прошлым.

- Кто будет меня искать? - спрашивает прямо, не подбирая слов. Уверенный, что Тоджи не станет лепить из него маленького неразумного ребенка, который не способен справиться с тем или иным.

Самое страшное Мегуми пережить уже довелось. Он однажды пресловутым "они" задыхался, дрожал, держась за эти большие руки мертвой хваткой, и не мог их назвать иначе. Маленький был и не помнит всего, а точнее, почти ничего не помнит, но кое-что намертво врезалось в подкорку образами и отголосками мощнейших эмоций. И сейчас, когда мальчик стал свидетелем того разговора, они заныли леденящей тревогой.

- Ты поэтому приехал?

Как будто отсутствовал не три года, а три дня. Фушигуро обворачивает указательный палец краем футболки, выпутывается, заворачивает снова, но смотрит на Тоджи при этом неотрывно, жадно выискивая признаки чего бы то ни было - согласия, раздражения, безразличия. Не радости, нет, ее пора прошла, она так и не явилась.

Мегуми вернулся к своему отцу, но не может избавиться от ощущения, что увозит его чужой человек. И что, скорее всего, полностью взаимно.

- Миюки-сан и Цумики будут в порядке? - ему важно знать.

[status]и что?[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/29/0d/329/21253.jpg[/icon]

Отредактировано Fushiguro Megumi (2022-02-08 22:09:18)

+1

6

Малыш Мегуми оправдывает все ожидания — не канючит, не наматывает сопли на кулак украдкой, не пытается скрыть слёзы, которых нет. Детское личико не скрывает эмоций, до этого ему ещё далеко — может, он бы и расплакался, но что-то держит его. Тоджи скупо этому радуется, но всего мгновение.

— А ты мне и шанса не оставляешь, а? — не уточняет, о чём он, посмеивается только, тормозя на очередном светофоре. На Мегуми в отражении смотрит долго, с лёгкой усмешкой, но без злобы. Раздумывает. — С ними всё будет в порядке. Теперь-то уж точно. Максимум — твой дражайший дедушка решит побеседовать с Миюки, но хуже от этого никому не будет.

Ещё пять минут они едут в молчании — Тоджи собирается с мыслями, Мегуми теребит несчастную футболку, край которой уже напоминает цветные волны, а не прошитую фабричную ткань.

Тоджи хочется закурить, но он вовремя себя одёргивает, не хватало ещё дымить в салоне с маленьким ребёнком, так себе начало отцовства. Кон поднял бы его на смех. Правда, смелся бы ровно до того момента, как узнал бы, что Тоджи тащит в одну из его квартир своего малолетнего сына на временную передержку.

Достанется ему, наверное.

— Я думал, что смогу тебя спрятать, — собственный голос на секунду кажется до отвратительного хриплым. Давно он не разговаривал, сидя за рулём. — Но за последний год произошло много… незапланированного, скажем так. Мой дядя тобой очень заинтересован. Но мы поговорим как-нибудь в другой раз. О нём и о нашей семье, идёт?

Его сила ощущается даже сейчас. Она похожа на крепко сжатый бутон, упругий, живой, бьющийся, словно сердце. Когда он раскроется, станет понятно, проиграл Тоджи, делая такие высокие ставки, или нет. Наличие родовой техники будет скорее проигрышем, чем нет. Тогда на них спустят всех шавок.

До этого ещё года два, если повезёт. Год — если нет.
Тоджи хотелось бы, чтобы мисс Фортуна оставалась на его стороне.

— Я приехал, потому что лучше забрать тебя сейчас, чем ждать, когда семья найдёт тебя. Я обещал ей, что ты никогда не будешь воспитываться там, где воспитывали меня. Правда, пришлось вернуться к этой мысли пару раз, — усмехнувшись, Тоджи ловит себя на том, что вываливает на малыша явно больше информации, чем нужно. Сколько там ему? Пять? Вот же чёрт. — Короче… всё очень сложно. Мне нужно будет вспомнит, как быть нормальным человеком. Я буду стараться, окей? — Бросив взгляд в стекло заднего вида, замечает, что мелкий снова опустил голову. — Эй, Мегуми. Слышишь? Всё будет нормально. Доедем — позвонишь Миюки и сестре, если захочешь.

+1

7

Мегуми слушает очень внимательно, не перебивает и не задает новых вопросов, пока не получит ответы на уже озвученные. Укладывает новую информацию в голове: многого не хватает для полного понимания, но все-таки и нынешнего вполне достаточно для определенных выводов. Мегуми, может, и мало лет, но он не маленький. Миюки-сан поначалу пыталась обращаться с ним, как с ребенком, но быстро все поняла и заговорила с ним серьезнее. А еще Фушигуро уж точно не слабый и трепетный.

На предложение обсудить все позже мальчик согласно кивает. Ему несложно подождать, за это время он сможет лучше обдумать вопросы, которые собирается задать. Опустив взгляд, Мегуми тихо вздыхает и прижимает истерзанную футболку к животу обеими руками. Тут же возвращает глаза на отца.

- Позвоню, - говорит прямо, без утайки. Старается не подать вида, что удивлен, ожидая наказа связи с ними не поддерживать. Сам задумывается вдруг, мол, а если об этом узнает тот самый дядя, который придет поговорить с Миюки? Если придет. Ничего ведь еще наверняка не известно, правда? Прогнать липкий страх из воспоминаний тяжело, но Фушигуро старается. Получается не совсем. И пусть, отец пообещал рассказать все позднее, вопрос срывается с губ сам с собой.

- Тогда нас тоже нашел твой дядя?

Слова повисают в воздухе тяжестью, от которой трудно дышать и начинает подташнивать. Вопрос опасный, очень опасный, но ответ на него попросту смертоносен. "Да" и "нет" - слова простые, но в простоте обычно и прячется самая неожиданная угроза. Как когти в мягких кошачьих лапках с розовыми подушечками. Мегуми сглатывает. Мегуми, наверное, боится знать. Ведь если отец подтвердит, это будет означать, что погибла мама из-за него. Из-за своего сына.

В память невольно закрадывается ощущение давящей темноты и тесного шкафа в родительской спальне, ругань, шум погрома.

Если это тоже был дядя отца, будет ли он просто говорить с Миюки-сан? Точно ли не придется Цумики прятаться от чужаков, как однажды пришлось прятаться брату?

Тоджи говорит, что все будет в порядке, но однажды Мегуми уже слышал это, а на следующее утро не обнаружил его дома. Просто взять и поверить словам этого человека не получается, оттого в груди начинается ворочаться смутное чувство стыда - неправильный сын, неправильный щенок, который не рад возвратиться домой и даже не знает, где этот самый дом находится, если не позади. Это гадкое ощущение мальчик в себе душит, угрюмо бросая взгляд за окно. Он не должен чувствовать себя виноватым, не ему это следует, а Тоджи, который оставил их и куда-то пропал. Даже не попрощавшись. А что теперь?

Будет стараться теперь. Фушигуро-младший думает, ему до этого большого дела нет. Думает, что если все будет плохо, он тоже уйдет - не прощаясь. Не к Миюки-сан, нет - подвергать опасности их с Цумики Мегуми не станет, - но куда угодно, лишь бы не оставаться с тем, кто его подвел. Предал.

Мегуми давным-давно не ребенок.

Будет лучше, если отец поймет это как можно раньше.

[status]и что?[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/29/0d/329/21253.jpg[/icon]

+1

8

Может, Кон нашёл бы с Мегуми общий язык. У него опыта в этом было больше, с такой-то кучей племянников. Тоджи помнил только, как обращался с ним маленький Наоя — дерзко, словно с собакой, а не со старшим. Впрочем, он всегда был своего рода собственностью, а не родственником. Мегуми это знать не обязательно, верно?

— В каком-то смысле, — бросает коротко, не решаясь углубляться в подробности. Может, не время и не место? Не в тачке в первые часы нового знакомства.

Городок, в котором пряталась Миюки, заканчивается, начинается череда поселений, плавно перетекающих из одного в другое, поля, рабочие участки, частные территории. Ярко-зелёное мешается с серостью заборов, кляксами запрещающих знаков, всполохами ветряных вертушек и воздушных змеев на столбах. Небо постепенно меняет спектр с голубого в красный у самого горизонта. Приедут они, видимо, уже в темноте.

— Это были его люди, — подбирать слова — не его стезя, вообще не главное его умение, а главное — в этом никогда не было нужды. Никогда не приходилось так осторожно составлять предложение.

Кону он сказал тогда: «Эти ублюдки решили проучить меня, представляешь? Меня не нашли, решили прирезать Нэтсуко. Хорошо, не додумались тщательно обыскать дом, и пиздюка бы забрали.»

Рассказал в подробностях, что думает о шавках мелкого Наои, который решил, что у него достаточно зубов, чтоб делать такое. Стоит однажды напомнить ему, что если ответа не последовало сразу — это не значит, что его не будет вовсе. Кровью Наои он ещё умоет руки. Однажды.

Но рассказывать всё это пятилетнему сыну? Какая же, блядь, тупость. Даже если делать скидку на то, что пацан, кажется, тянет интеллектом на десятилетку. Даже если притворятся, что с ним действительно можно вести взрослый диалог. Мозг буксовал, сознание обращалось в отказ. Все мысли стопорились на огромном неоновом знаке — какого хера ты творишь?

— Они приходили за мной, а нашли её. Это пока всё, что тебе нужно знать, — отрезает, не думая о том, какие зёрна эти слова посеют в голове с наверняка по-детски бурной фантазией. — Задашь все интересующие тебя вопросы, когда мы приедем, окей? Я не в том настроении, чтобы рассказывать о своей ебанутой семейке за рулём.

Нэтсуко отвесила бы ему подзатыльник за такие разговоры с сыном. Жаль, что её нету рядом — даже невидимого ощущения, которое волоклось саваном следом целый год после её смерти. Избавиться от него вышло только после того, как он оставил Мегуми с чужой практически женщиной. Стоит ли об этом сейчас думать? Едва ли.

До квартиры Кона они добираются почти без разговоров — Тоджи пару раз интересуется, нужно ли Мегуми что-то, но тот всё мотает головой. Внимание рассеивается, пару раз получается почти забыть, что на заднем сидении сидит чёртова малолетка с бомбой замедленного действия внутри. Тоджи корит себя за это, особенно сильно — когда выходит из тачки, припаркованной у кондоминиума, и зависает, не сразу понимая, что делать.

Чужая квартира выглядит как и несколько других, в которых Тоджи бывал и которые разбросаны по всей сраной Японии — безликие бежевые стены, стоковые фотографии, которые шли вместе с рамками, пара пластиковых кустов в пластиковых горшках, спальня, кухня, поделившая пространство с гостиной, миниатюрная ванная.

Тоджи бросает сумки у дивана, смотрит на Мегуми, ворочая в голове тяжёлые мысли. На часах — без двадцати минут полночь. Вздох получается сам собой. Чёрт. Надо привыкать к этому. К этому всему.

— Переоденься и умойся, я расстелю кровать, — собственный голос звучит точно так же, как сам Тоджи и выглядит; он замечает себя в отражении зеркала, встретившего его за порогом спальни, и зависает на целую минуту, прислушиваясь к копошению кролика в соседней комнате. Растерянная серая морда, не обещающая ничего хорошего.

Когда Мегуми показывается в дверях, Тоджи сидит на краю свеж застеленной кровати, разглядывая собственные руки.

+1

9

Когда от обдумывания отцовских слов мозг превращается в тяжелую ноющую субстанцию, Мегуми решает отвлечься пейзажами за окном. Чем дальше они уезжают от небольшого городка, тем тоскливее становится. Затем все-таки приходит голод, вынуждающий мальчика добраться до пакета с едой. Бутерброд, хоть и остывший, оказывается вкусным.

К моменту окончания пути Фушигуро совсем клюет носом и, кажется, проваливается в дрему время от времени - дома спать они ложились в десять, а бороться против выработанного режима очень сложно. Впрочем, Мегуми выдерживает почти два часа. Уже готовый отключиться совсем, он внезапно вынужден проснуться от хлопка передней двери. Бросив взгляд на отца, а затем оценив  место стоянки, сам догадывается, что все, приехали. Выбирается из машины сонно, тянет на себя рюкзак, который ему достают из багажника, и не сдерживает долгий зевок.

Пижама в одной из сумок находится не сразу, паста и зубная щетка в боковом кармане. Вооружившись необходимым, Мегуми отправляется в ванную. Здесь нет ни дурацких наклеек Цумики на стенах, ни уютно развешенных по крючкам полотенец, ни потертого голубого половичка - нет ничего, что избавило бы комнату от почти жуткой безликости. Стульчика, разумеется, тоже нет, поэтому умывается мальчик видя лишь собственные вихры в отражении нижней части зеркала. Сей факт совершенно не расстраивает, но подчеркивает: место чужое, здесь его не ждали.

Перед тем, как вернуться к отцу, Мегуми достает телефон - в это время и Цумики, и Миюки-сан уже спят, поэтому позвонить не получится. Не хочется будить. Так что он оставляет мачехе сообщение: "Мы добрались. Все хорошо". Ответ, на удивление, приходит почти мгновенно, поднимая в груди болезненно-теплое волнение. Миюки-сан желала ему спокойной ночи. Откликнувшись взаимностью, Фушигуро выходит из ванной, заставая отца погрузившимся в свои мысли.

Он выглядит уставшим и расстроенным. Или потерянным? Сложно определить. По пути сюда его лицо то и дело казалось Мегуми злым, но лежащие на руле руки оставались расслабленными, машина ехала плавно, а говорил Тоджи спокойно. Резковато, но спокойно. Без агрессии, только лишь раз с раздражением - когда сын увлекся вопросами. Поэтому судить о его эмоциях он не решается.

Задавать оставшиеся сейчас совершенно не хочется: не из-за того, что страшно, а потому что ощущение, будто сам выжат, как старая дырявая тряпка. Хочется спать. А еще - проснуться и обнаружить себя дома, не в безликой спальне безликой квартиры с чужим-не-чужим человеком.

Сначала Мегуми задается вопросом, неужели Тоджи все это время был здесь, но оглядывается и понимает, что здесь слишком чисто, неправильно чисто и неправильно пусто для места, где живет человек. Странно.

- Я закончил, - сообщает он, решая оставить вопросы на завтрашний день. Или оставить их вообще. Сложив вещи в кресло, Мегуми идет к кровати, по пути захватив с собой тот самый пакет, чтобы протянуть его отцу. - На, тут еще остался.

Второй бутерброд. Фушигуро знает: за все время их пути мужчина ничего не съел.

[status]и что?[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/29/0d/329/21253.jpg[/icon]

Отредактировано Fushiguro Megumi (2022-02-10 12:36:53)

+1

10

Мысли лезут разные. Тоджи несколько секунд, глядя на Мегуми, порывается подтянуть его к себе за руку, обнять, потрепать по голове. Сказать что-нибудь вроде «всё будет в порядке», «мы справимся», «ты молодец». Правдивого из вереницы несказанных фраз только, может, последнее, но это только в теории. Ничего из этого пока не похоже на реальность. Никаких «мы» — они всё ещё отдельно друг от друга. Один зависим от другого. Жизнь одного пока полностью принадлежит второму. Красота, не иначе.

Чёрт, не к этому он стремился. Как он здесь вообще оказался?

— Мм, — Тоджи согласно мычит, беря предложенный бутерброд и откладывая его на тумбу рядом с кроватью — приходится чуть потянуться, отводя взгляд от ребёнка.

В пижаме Мегуми выглядит ребёнком на все сто с лишним процентов, да и как он вообще мог… впрочем, мог. Кон относился к Мегуми как к ребёнку. Нэтсуко относилась к нему, как к своему ребёнку. Тоджи, кажется, потерял все функции отца — найдёт ли снова вопрос, конечно хороший. Он даже руку-то протянуть к нему не может. Хорошо, что в защитных инстинктах осечки быть не должно — сын он ему, не сын, сейчас Мегуми был тем, кого надо защитить любой ценой, а значит с ним всё будет в порядке. Так или иначе.

— Мы пробудем тут пару дней, мне надо уладить кое-какие дела в городе, а потом поедем дальше. До дома где-то день пути. Тебе там, наверное, понравится. Я не стал ничего к тебе в комнату покупать, только кровать и… парту для учёбы. Всё остальное сам выберешь, прошвырнёмся по магазинам.

Это теперь будут его обязанности, если они смогут добраться без приключений и изначальный план сыграет как следует, а не как придётся. Походы в магазины, рутина, знакомство с соседями, обучение мелкого. Об этом он… не подумал. Вот чёрт. Устроить его в местную школу? Или сойдёт обучение на дому?

Надо будет найти ему учителя, если техника всё же полезет наружу. А кого искать? Если только стребовать должок со старого Яги. Уж он-то не откажет… смастерит пацану пару плюшевых игрушек.

Встав с кровати, Тоджи задёргивает шторы — полупрозрачные, они всё ещё пропускают свет, но наполняют комнату зеленоватым отсветом ткани, скрывая происходящее внутри мутной тенью.

— Ложись, я буду в соседней комнате. Утром придумаем что-нибудь на завтрак, а потом мне надо будет уйти, скорее всего — до самого вечера. Справишься один? Телек, вроде, рабочий.

На Мегуми, забравшегося под одеяло, он смотрит так, словно тому не пять (пять ведь?), а десять, пятнадцать. Как на взрослого пацана, а не креветку, едва вошедшую в возраст сознательности. Будет паршиво, если восприятие так и продолжит скакать от «да он же ещё сопля» до «какого чёрта он не понимает таких простых вещей».

— Вопросы ещё, кстати, есть?

+1

11

От новости, что скоро они снова двинутся в путь, становится немного легче. Фушигуро не очень нравится это место, поэтому он рад, что на самом деле здесь всего лишь перевалочный пункт. Но в то же время неприятно тяготит осознание: уедут еще дальше от дома. Туда, где в комнате Мегуми есть только кровать и парта, а все остальное он выберет сам, когда Тоджи привезет его в магазин. Это, наверное, должно обрадовать, но почему-то не вызывает больших эмоций. Только растерянность и непонимание, как избавиться от ощущения нереальности происходящего.

- Справлюсь, - ответ короткий. Он прекрасно видит, что ни один из них сейчас не настроен говорить больше, оба устали. Оба слишком сосредоточены на мыслях о своем. Да и ничего сложного нет в том, чтобы провести день одному, даже без телевизора.

Забравшись в постель и подтянув одеяло до самого подбородка, Мегуми отрицательно качает головой.

- Не сегодня, - говорит он тихо, не имея на данный момент никаких ресурсов для продолжения того разговора. Столько времени обдумывая сказанное и подбирая вопросы, мальчик измотал себя сильнее, чем могли бы это сделать ответы отца и дальнейшее их обсуждение. В конечном итоге все свелось к банальному нежеланию сталкиваться с проблемой именно сейчас.

Неотрывно следя за действиями Тоджи, Мегуми невольно задумывается о том, что когда-то ведь мечтал об этом. Иногда, очень редко, когда перестал злиться, но еще не пересилил грусть от чужого ухода. Фантазировал, как папа задергивал бы шторы и желал спокойной ночи, целовал в макушку. Что ж, урок о нюансах и осторожности в желаниях ему еще предстоит обдумать получше, но пока что он просто приблизит окончание этого тяжелого дня как умеет.

- Спокойной ночи? - Фушигуро смотрит на мужчину до тех пор, пока тот не уходит за дверь, и лишь потом закрывает глаза. И засыпает  почти моментально.

Сон оказывается тревожным. Мегуми ворочается на непривычно большой постели, путается в одеяле, заметавшись от смазанных картинок под веками, которые не вспомнит наутро. Он старается, выныривая иногда в полусознательное, подумать о чем-то другом, "перенастроить" сновидения, но ничего хорошего из этого не получается, поэтому, заметив за окнами рассвет в одно из таких пробуждений, мальчик решает больше не ложиться. Растрепанный и помятый, Фушигуро чувствует себя лучше, чем ночью, но все еще не так хорошо, как мог бы при нормальном отдыхе.

Пить хочется невыносимо.

Тихо проследовав на кухню, мальчик находит в холодильнике маленькую бутылку воды и выпивает ее почти целиком. Прохладная жидкость приводит в чувство и делает жизнь немножко лучше. Мегуми даже подумывает вернуться в постель и еще раз попробовать заснуть, но его взгляд случайно падает во двор, мгновенно вытесняя эту мысль: там, на улице, Фушигуро замечает собаку - без ошейника, очевидно бродячую и голодную. Ведь бездомным всегда не хватает еды, в этом люди и животные очень похожи. Глядя на пса, мальчик ждет, что он побредет дальше, но зверь лишь пересекает двор и устало устраивается под скамейкой, сложив голову на скрещенные лапы. Уши его понуро опущены.

Глядя на него, думает Мегуми не долго. А затем, захватив с собой воду и оставленный отцом бутерброд, покидает квартиру.

[status]и что?[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/29/0d/329/21253.jpg[/icon]

+1


Вы здесь » shakalcross » альтернатива » Полутона


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно